Официальный сайт журнала "Юность"
    КУЛЬТУРНЫЙ ЦЕНТР КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
ТО-СЁ ВИДЕО+ ФОТОАРХИВ
КНИГОЧЕЙ АРХИВ ЖУРНАЛОВ
 
 
 
Главная » Бабье лето Анны Гедымин


Игорь Михайлов

 Бабье лето Анны Гедымин

 Анну Гедымин любят все, даже те, кто ее не любит. А все равно читают тайком, как там и что, ну или, по крайней мере, ревниво следят за тем, как преображает они простые предметы, как она творит свое такое простое и непростое волшебство, которые по старинке называют стихами. А может это просто волхование, а не стихи? А может Гедымин – просто-напросто весталка?

Бабье лето Анны Гедымин

Если город на дымной подушке
Видит снова волшебные сны,
Если лес от корней до макушки
Обновился в припадке весны…

Если Гедымин пишет, значит поэзия еще жива, еще дышит, еще не умерла и рано венки заказывать для Малого зала ЦДЛ…
Когда читаешь ее современников, то всегда кажется, что поэзия – дело мало того, что неблагодарное, но и тяжелое, невыразимо скучное, очень тягомотное и никому по большому счету кроме автора (а порой и ему самому) не нужное.
Но как это у нее получается нескучно, озорно, изящно, с женской грациозностью, да еще в придачу мудро? Как это все можно совместить?
А вот можно:

И птичьи голоса, и летних крон завеса…
Над ними, в вышине, возможны небеса,
Но их не разглядеть среди густого леса,
Так заросли плотны и птичьи голоса.

И вот еще что. В каждой строчке Анны просто-таки физически ощутима школа, и слышен еле уловимый, осторожный, деликатный, а иногда и отчетливый отзвук Цветаевой, Бродского, Ахматовой и т.д. И в этом ее не современность, несвоевременность.
Сейчас уже так не пишут, пишут плохо. И этот брутальный (буквально —  плохой) стиль и считают стихами. Каждый идиот, даже не утруждающий себя нехитрый рифмовкой или даже вовсе намеренно отказываясь от нее – уже поэт.
Да нет, товарищи, поэт это немножко другое. Например, такое:

Я поповская правнучка — и княжна,
На конюшне прапрадед мой был запорот…
Так — о боже! — что чувствовать я должна,
Если снится мне: красные входят в город?..

А вы вот так могли бы?

Я это не к тому, чтобы ее стихами кого-то уколоть или «умыть». Она, в конце концов, не бита бейсбольная, чтобы, размахивая ею в разные стороны, разить наповал графоманов. Их все равно не убывает, а наоборот с каждым годом только больше становится. Графоманы – болезнь  литературы. Нет, но просто, если еще случается такие вот стихи, то возможно, не все еще потеряно.
Такое «легкое дыхание» было у Беллы Ахмадулиной, и есть у Гедымин:

И косари обманули – ни песен, ни мускул,
Но потом к ним привыкли, как ко всякому гостю.
Старший носил железные зубы, смеялся тускло
И воду из родника зачерпывал горстью…

Это из поэмы «Косари», которую хочется читать всю целиком, но место не позволяет. Я бы, если честно, все эту поэму и процитировал вместо  рецензии.
Но законы жанра позволяют отщипнуть от нее «кусочек колбаски», как сделал дурачок из «Косарей».
Она, кажется, не читала эту поэмы не недавней презентации в доме Булгакова. Говорю «кажется», потому что в Булгаковском не может иначе. Там все кажимость.
Она читала стихи в подвале, где глохнут звуки, публика, иногда даже не расслышав, не угадав слово, все же чутко вслушиваясь в ее хрустальный, тихий, но голос.
Постеснялась что ли, как повзрослевшие дети стесняются своих детских шалостей или испугалась, того, что стихи после «Косарей» не превзойдут этих распевных, простых, почти домотканых строк, которые она подслушала в какой-нибудь деревне.
Но напрасно. Много и после «Косарей» строк, которые, словно бы запоминаются сами самой. Очень счастливый признак.
Так восторженно и, кажется, незатейливо, может писать только ребенок. Но эта незатейливость кажущаяся. Просто она умеет прятать узелки.
Или просто она умеет ворожить:

А у сына – твое выраженье лица, движенья,
Лишь от осени – желтоватая прядь.
Каково мне, выбравшейся из вражеского окруженья,
Обернуться – и вновь перед прошлым своим стоять…

На задней обложке есть отзывы о ней ее товарищей по цеху. Не каждому говорят такие слова. Получается, что каким-то образом: на Гедымин свет клином сошелся. Вот отзыв довольно сурового к чужим успехам поэта Инны Кабыш:

«…Это редкий, может даже редчайший случай в русской поэзии: умение писать в состоянии счастья».

Ее «Бабье лето» (у Анны есть два стихотворения с таким названием) не проходит, не иссякает. Весенние праздники плавно перетекают в осенние. Круговорот стихов в природе.
Одним словом: Гедымин!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники