Татьяна Соловьева

Самая неудобная книга о Великой Отечественной войне
В рамках проекта «Наша Победа» Григорий Померанц «Записки гадкого утёнка» …вся жизнь прошла на птичьих правах… Птичьи права – это права птицы. Они располагают летать. Или по крайней мере пробовать взлететь, вспорхнуть и упасть, и снова пытаться вспорхнуть… Я ведь гадкий утёнок или (что тоже самое) человек воздуха. Григорий Померанц «Записки гадкого утёнка» — мемуарная […]
Самая неудобная книга о Великой Отечественной войне

Кирилл Ковальджи

Я не спрашивал. Я действовал
Последнее интервью Кирилла Ковальджи Мы готовились к вечеру из нашего цикла «Система координат. Открытые лекции по русской литературе 1950–2000-х», посвященному студии Кирилла Ковальджи. Понимали, что Кирилл Владимирович, лектор и главный герой, по состоянию здоровья едва ли сможет выступить. А без него что за лекция о студии? Было принято решение приехать к нему домой и записать […]

Людмила Зубкова

Узники нацизма
В рамках проекта «Наша Победа» Воспоминания Георгия Зубкова подготовлены к печати дочерью Людмилой Зубковой. Семья наша небольшая — папа (1910–2008), уроженец села Павшино Московской области (сейчас оно слилось с г. Красногорском), мама (1914–1994), уроженка д. Рахманово близ Волоколамска, старшая дочь Людмила (1938) родилась в г. Иркутске, куда папа был направлен на работу по окончании Московского […]
Узники нацизма

Татьяна Соловьева

К 80-летию со дня рождения Иосифа Бродского
Юрий Лепский: «Отношения Бродского с языком всегда были метафизическими» В этом году Бродскому восемьдесят. Он родился в Ленинграде в 1940-м. Бродскому теперь навсегда пятьдесят пять. Из-за внезапной остановки сердца в нью-йоркской квартире в январе 1996-го «нежилец этих мест» отправился в другие места, возврата из которых нет: снова, как уже случалось при его жизни. «Слава Богу, […]

Шамиль Идиатуллин

Самая не дошедшая до нас книга о Великой Отечественной войне
В рамках проекта «Наша Победа» Владимир Богомолов. «Жизнь моя, иль ты приснилась мне…» («Книжный клуб 36,6», 2014) Свой главный роман Богомолов писал долго, написал много — больше 400 страниц книжного издания (даже если не считать часть «В кригере», сформованную в отдельную повесть), но это в лучшем случае пятая часть задуманного — судя по пунктирности повествования, […]
Показать ещё