* * *
Внутри адриатического сна,
в дыму сыром засаленной балканки
меня сжевала впалая десна
до трех фонем, до постоянной Планка.
И, тенью Агасферовой прослыв,
огромный снег на мизерные степи
ложился, и звездастые послы
не таяли, обернутые в пепел.
Ладонями безликость подперев,
не отличивший заумь от мычаний,
я видел, как секиры у дерев
садовники с колючими ключами
устало волокут в сарай пустой,
оставив за себя клыкастых пугал,
и просятся в загоны на постой,
в забитый прелым сеном пятый угол.
Другие стихотворения автора читайте в 7 номере журнала
