* * *
Кленовый лист упал на переход.
Кленовый лист — карманный желтый лес.
Искрит у дома спелый барбарис.
В пруду я вижу мир наоборот.
Выкладывает осень млечный путь
из листьев, убегающих от нас.
Когда придет счастливый смертный час,
умчим и мы легко куда-нибудь.
Асфальт, отполированный дождем,
запомнит вечер в лужах на подоле.
Мы не узнаем ничего о боли,
мы высохнем и осень переждем.
* * *
На древнегреческом, шумерском и латыни
я каждый день пишу тебе
о ловле крабов, птичьих берегах,
рутине солнца, раковинах слов.
Возьми стихи и к уху приложи.
* * *
Чайки на волнорезе
нудно считают волны.
Клювами измеряют
влажность,
температуру
воздуха и воды.
Море совсем зеленое
плещется у подошв,
брызгает монотонно:
раз-два-три,
раз-два-три,
раз-два-три.
Вот бы в соленые волны
полностью погрузиться,
бегать прибрежным крабом,
белой медузой жечь.
Мешают пальто и ботинки
спрятаться под камнями,
стремлению слиться с морем
мешает
желание
быть сухим.
* * *
Научилась плавать:
нюхаю носом
ископаемой плоской рыбы
африканские воды,
американские,
индийские —
нигде ничего родного.
* * *
снятся:
самолеты
сибирь
стихи
старый новый год
сегодня
жизнь, похожая на начало
стихотворения
